pic_1358701671

Убийство Гонгадзе – версия ГПУ. Часть — 4.

Продолжение.

В пресс-релизе указывалось, что имеющихся в адвокатской конторе доказательств достаточно для их использования в устранении Кучмы от поста Президента, но США якобы не пойдут на этот шаг, поскольку Кучма является их фаворитом. К статье прилагался «Полный текст обвинительного заключения по делу П.Лазаренко (многомиллионные трансферты, личные номерные счета в зарубежных банках и проч.)», «Описание недвижимости Лазаренко в США (подробная карта местонахождения недвижимости)» и «Пресс-релиз адвокатов Лазаренко о готовящихся разоблачениях президента Украины Леонида Кучмы (фактически обвинение в коррупции)». Не надо обладать большим аналитическим умом для того, чтобы, внимательно прочитав статью «В ожидании КУЧМАгейта» и сопоставив его с другой информацией, сделать вывод о том, что материалы для подготовки публикации Олегу Ельцову были переданы из Главного управления разведки Министерства обороны Украины (видимо, через посредника).

Есть в этой истории несколько обращающих на себя внимание моментов: «Украинская правда» при перепечатке сослалась на сайт www.compromat.ru, который, в свою очередь указал, что постоянным адресом материала является: http://flb.ru/info/4797.html (автор статьи Олег Ельцов также указал, что статья написана специально для FLB); материал на сайте www.compromat.ru опубликован 19 июня, «Украинской правдой» перепечатан 20 июня, а сам автор статьи дату его подготовки поставил 21 июня; статья из архива «Украинской правды» изъята, когда, кем и с какой целью, – неизвестно.

5 сентября «Украинская правда» публикует статью «Все об Александре Волкове», напечатанную 30 августа на сайте FLB под заголовком «Волков без овечьей шкуры» (http://flb.ru/info/5239.html). Статья была написана Олегом Ельцовым под псевдонимом «Иван Степанов». Георгий Гонгадзе в этот день в Киеве отсутствовал, и решение о перепечатке принималось без него. Ознакомившись с публикацией, он возмутился, поскольку рассматривал Александра Волкова в качестве возможного своего спонсора. Но снимать статью было уже поздно.

В статье был дан подробный анализ политической и предпринимательской деятельности Александра Волкова с использованием не только открытых источников, но и секретных материалов МВД, которые можно было получить лишь из закрытых информационных систем МВД, в том числе и по учету действующей и архивной агентуры. В частности, автор статьи писал: «Еще 16 марта 1970 года Волков написал подписку о вербовке его агентом оперуполномоченному Уголовного розыска Киева, избрав псевдоним «Михайлов» (личное дело № 270400). Регистрация этой вербовки агента осталась в виде учетных документов (журналы, карточки) в УВД г. Киева, но тщательно скрывается от сотрудников. Само «досье» находится теперь лично у министра внутренних дел под семью замками и будет использовано при необходимости, о чем министр доверительно по пьянке говорил своим соратникам».

В статье акцентировалось внимание на том, что другом Александра Волкова еще с детских лет является «Кисель Владимир Карпович – киевский криминальный авторитет «Кисель», пять раз судимый за тяжелые преступления». «Имея постоянное прикрытие и защиту киевской милиции, – писал далее Ельцов, – Волков и Кисель работали в бизнесе смело, и заработали большие деньги. Частично деньги оседали в Украине, а большей частью уплывали на зарубежные счета (они были и есть не только в Бельгии, но и в других странах дальнего зарубежья)».

По состоянию на сентябрь 2000 года, Комитет по разведке при Президенте Украины был ликвидирован, и Игорь Смешко уже не мог напрямую получать материалы из МВД и руководить находившимся ранее под его кураторством Управлением криминальной разведки УБОП МВД. Но нужные ему сведения из информационных систем МВД он продолжал получать в необходимом для него количестве. Вспомним, что во время доклада Л.Кучме 10 февраля 2000 г. по Могилевичу И.Смешко демонстрировал Президенту целые ворохи распечаток и других данных из систем МВД. В Управлении криминальной разведки ГУБОП и аппарате министра внутренних дел Украины у Смешко были достаточно надежные позиции, чтобы получать интересующую его информацию, владеть обстановкой и влиять на нее в нужном для себя плане. Есть веские основания предполагать, что материалы для публикации статьи «Волков без овечьей шкуры» Олегу Ельцову были переданы через посредника, как и в случае с подготовкой статьи «В ожидании КУЧМАгейта», из Главного разведывательного управления Министерства обороны Украины. 5 сентября Гонгадзе не было в Киеве, и он не мог предотвратить перепечатку статьи на сайте «Украинская правда». Е.Лауэр, лучший друг О.Ельцова, в редакции к этому времени стал почти «своим».

14 сентября Александр Волков отказал Георгию Гонгадзе в присутствии на организованном им в Верховной Раде Украины пресс-коктейле. Гонгадзе тот же день разместил на сайте статью «Александр Волков обиделся на УП», в которой писал: «А я то думал, что лидер парламентской фракции «Возрождение регионов» Александр Волков не «совок». Речь идет, прежде всего, о способности политического лидера, если он себя таким считает, адекватно реагировать не только на критику в свой адрес в прессе, но и на тех, кто критикует. До сих пор только лидеры ПСПУ Наталья Витренко и Владимир Марченко не пускали на свои пресс-акции журналистов, которые, по их мнению, «неправильно» освещали их в печати. В четверг склонность к методам «не пущать!» продемонстрировал и великий возрожденец регионов. Вашему покорному слуге, единственному из журналистов, было отказано в удовольствии пообщаться с представителями «Ведра» (или, как еще называют журналисты эту фракцию «ВоРа») на устроенном ими пресс-коктейле».

Далее Гонгадзе напомнил Волкову о том, что парламент, по его мнению, это – «не овощная база», и процитировал отрывок из интервью, которое накануне дал Волков газете «День» со следующими его словами: «Я не завидую тем, для кого Волков – проблема. В жизни таких людей, конечно, всегда «есть место для подвига». Только посоветую всем другим держаться подальше от «места подвига». Закончил статью Гонгадзе вопросом: «Неужели, Александр Михайлович, вы даете понять, что УП для вас проблема?».

16 сентября в 24:00, то есть в то время, когда Георгий Гонгадзе уже был похищен, телекомпанией «Эра», основным владельцем которой является сын Леонида Деркача Андрей и которая вещает на частотах 1-го общенационального телеканала «УТ», в программе журналиста Юрия Нестеренко «Досье» был продемонстрирован направленный против министра внутренних дел Украины Юрия Кравченко сюжет. В передаче Юрий Кравченко фигурировал рядом с криминальным авторитетом «Киселем», другом Александра Волкова. До сих пор неизвестно, была ли эта трансляция случайностью, или Юрию Нестеренко кто-то из его коллег-журналистов, специализирующихся на ниве криминальной хроники, подсказал идею включить указанный сюжет в передачу.

18 сентября в 17:45 в Посольство Грузии в Украине по телефону, скажем так, – известному не широкому кругу абонентов, позвонил неизвестный мужчина с грузинским акцентом и сообщил, что по состоянию на 13:00 Георгий Гонгадзе живой, «этим делом занимаются Волков, Кисель и Кравченко».

К концу августа 2000 года конфликт между Игорем Смешко и Леонидом Деркачом обострился до такого предела, что начальник Главного разведывательного управления Министерства обороны Украины вынужден был подать рапорт о своем увольнении из Вооруженных Сил. Президент Украины рапорт не принял, а назначил Смешко военным атташе в Швейцарской Конфедерации.

13 сентября 2003 г. Юлия Мостовая в газете «Зеркало недели» (№ 35) опубликовала статью «Замкнутый цикл по производству власти» с комментариями в связи с прошедшими изменениями в руководстве силовых ведомств, в том числе назначением И.Смешко председателем СБУ.

Ю.Мостовая вспомнила и факт из биографии И.Смешко, относящийся к сентябрю-октябрю 2000 года: «Отъезд в Швейцарию для работы военным атташе для человека, находящегося в условиях травли, был лучшим из возможных выходов. Документы на выезд находились в стадии оформления, и Смешко приходилось наблюдать за тем, как разрушается его детище на Рыбальском острове — ГУР, как разгоняются и преследуются кропотливо собранные профессионалы, как на засекреченном объекте любой капитан открывает дверь сапогом. Игорь Смешко уже готов был покинуть Украину и приступить к обязанностям военного дипломата, когда грянул «кассетный скандал». И о нем вспомнили. Его коллегам Александру Скипальскому, Вилену Мартиросяну и Александру Биласу отвели роль царских воевод-глашатаев. Трое офицеров кочевали с канала на канал и рассказывали о том, как армия не даст в обиду Президента. Но использовать подобным образом Смешко — это забивать гвозди микроскопом. В антикризисном центре по защите Президента, который возглавил Виктор Медведчук, Смешко была отведена роль главного аналитика. Президент даже предложил Игорю Петровичу остаться в стране, отменив командировку в Швейцарию. Однако Смешко, по понятным причинам, отказался и лишь на месяц задержался для того, чтобы информационно и аналитически обеспечить работу антикризисной коалиции. Именно в этот момент Виктор Медведчук мог оценить интеллектуальный потенциал Смешко. Именно он, придя в администрацию Президента в 2002–м и ощутив нехватку кадров нужного уровня в своей команде, вернул Игоря Смешко из Швейцарии в Киев. Именно Медведчук обеспечил назначение Игоря Смешко на пост заместителя секретаря СНБОУ и поставил его во главе Комитета по вопросам политики военно-технического сотрудничества и экспортного контроля. Нет сомнения в том, что именно Медведчук был основной движущей силой, подталкивающей Президента к назначению Игоря Смешко на главу СБУ» (http://www.zerkalo-nedeli.com/nn/show/460/41914/).

Касаясь перспектив Игоря Смешко на должности председателя СБУ, Юлия Мостовая отметила: «Для СБУ Смешко не просто чужой, он многими воспринимается как враг. Не зря ведь, как утверждают источники в СБУ, одним из первых его распоряжений после вступления в должность был отданный среди ночи по телефону приказ: «Прекратить жечь документы!». Для того чтобы описать, почему это так, потребовались бы все 24 полосы «ЗН». Если вкратце, то ситуация заключается в том, что Смешко в свое время, по украинским меркам, поднял на достаточно высокий уровень разведку Министерства обороны. Он был просто фанатом этого дела и оставался им до недавнего времени. «Служба безопасности Украины, как любая спецслужба, организация специфическая. К ней нужны свои подходы. (Ему удалось уже по возвращении из швейцарской ссылки поставить во главе ГУР Министерства обороны своего человека — Александра Галаку). И в конечном счете именно он возглавил Комитет по разведке — хитрую засекреченную структуру, поселившуюся в «доме с химерами». Безусловно, ничего этого у Игоря Петровича не вышло бы, если бы не было человека, заинтересованного в ослаблении Марчука и в альтернативной информации. Патроном и духовным руководителем Игоря Смешко был Владимир Горбулин, имевший несовместимую с Евгением Марчуком группу крови. Во многих вопросах Смешко оказался профессионалом высокого уровня».

Напомним, что в сентябре 2000 года Виктор Медведчук являлся 1-м заместителем Председателя Верховной Рады Украины и никакого отношения к Администрации Президента не имел, Игорь Смешко, бывший начальник ГУР МО, получил назначение на должность атташе Министерства обороны Украины в Швейцарской Конфедерации. «Кассетный скандал», для урегулирования которого была создана «антикризисная коалиция» во главе с В.Медведчуком и главным аналитиком в ней И.Смешко, как о том пишет Ю.Мостовая, «грянул» не в сентябре, а 28 ноября, то есть в то время, когда И.Смешко находился уже в Швейцарии. «Спрогнозировать» его в сентябре сразу же после исчезновения Г.Гонгадзе могли лишь лица, располагавшие соответствующей и только им известной информацией.

Последние записи, сделанные Н.Мельниченко в кабинете Л.Кучмы, заканчиваются 26 сентября. Из записанных разговоров Кучмы с Александром Волковым, Леонидом Деркачом и Владимиром Литвиным нельзя сделать однозначного вывода о том, что Президенту известно что-либо конкретное о судьбе Гонгадзе. Дальнейшая запись Кучмы могла привести к тому, что при их продолжении и в случае легализации полученных путем подслушивания материалов помимо их организаторов, соответствующими читателями расшифровок могли быть сделаны выводы о том, что никакой причинно-следственной связи между указанием Леонида Кучмы Юрию Кравченко «депортировать Гонгадзе без штанов в Грузию и отдать чеченцам» и смертью Гонгадзе не существует (и в настоящее время таких данных нет). Запись разговоров Кучмы была прекращена.

Игорь Смешко оставил работу главного аналитика в созданной Виктором Медведчуком «антикризисной коалиции» и выехал в Швейцарию после того, как был решен вопрос о легализации записей Мельниченко и их использовании в «КУЧМАгейте» и почти одновременно с обнаружением трупа Георгия Гонгадзе в лесу под Таращой. 12.

Мирослава Гонгадзе в январе 2001 года на вопрос корреспондента немецкого журнала «Шпигель»: «Могло ли такое случиться, что Ваш муж стал «игровым шаром» в политических интригах украинской власти?», – ответила: «Можно было, конечно, убить сразу двух зайцев – устранить невыгодного журналиста и воспользоваться этим в борьбе политических кланов. Ужасно даже представить себе, что Георгий мог стать разменной монетой в перетягивании канатов киевскими властителями» («Spiegel», 4, 2001).

Со слов Мирославы Гонгадзе (16.03.2001 г.), с 14 июля 2000 г. по 3 августа 2000 г. она находилась в командировке в США. 13 июля она и Георгий были приглашены на день рождения к тележурналисту Евгению Глибовицкому. 12 июля Георгий звонил ей на сотовый телефон и сказал, что обнаружил под окнами офиса «Украинской правды» три милицейские машины, из которых, якобы, за ним велось наружное наблюдение. Так же, со слов Мирославы, Гонгадзе сказал ей, что друзья вывезут его за город, где он проведет ночь. В ночь с 12 на 13 июля Гонгадзе дома не ночевал. Мирослава с большой долей вероятности (она не может вспомнить точную дату) утверждает, что за несколько дней до 12 июля Гонгадзе сказал ей, что кто-то его предупредил о грозящей ему опасности и посоветовал ему уехать из Киева. У Мирославы сложилось впечатление, что ни Гонгадзе, ни она сама серьезно к предупреждению не отнеслись, это происходило как раз в то время, когда за Гонгадзе велась слежка.

В интервью газете «Вечерние вести» 2 февраля 2001 г. Александр Мороз заявил: «Еще с тех времён, когда я был председателем парламента, у меня сохранились хорошие контакты с сотрудниками высшего руководства МВД, СБУ и других структур. Из этих источников я узнал о наружном наблюдении за Гонгадзе. Я говорил Георгию, что готовится что-то серьезное. Но он не мог в это поверить. Потом он рассказывал мне, что пошел навстречу автомобилю, который за ним следил, и спросил: «Что вы ищете, зачем вы за мной следите?» Я посоветовал ему обратиться с заявлением в Генпрокуратуру. Мы надеялись, что после этого преследование прекратится, так как обнародование таких вещей не принято в работе служб» (Ольга Фищук – «Истина будет установлена», «Вечерние вести», 02.02.2001).

Александр Мороз до сих пор не обнародовал, из каких «источников» он получил информацию о том, что в отношении Гонгадзе ведется наружное наблюдение и против Гонгадзе «готовится что-то серьезное». Считаем, что Мороз должен немедленно сообщить в Генпрокуратуру фамилию «источника» и этот «источник» должен быть допрошен.

14 июля Гонгадзе вместе с Притулой и Лауэром подготовил заявление в Генпрокуратуру по поводу обнаруженной за ним слежки. 22 сентября 2000 г. заместитель Генерального прокурора Украины Сергей Винокуров, отчитываясь перед народными депутатами Украины о результатах розыска исчезнувшего журналиста, заявил: «Нам было известно, что такое обращение существует, но мы не могли его сразу получить, поскольку в прокуратуре нет Интернета, и мы ждали, пока письмо поступит официально» (Юрий Бутусов – «В поисках журналиста», «Киевские Ведомости», 23.09.2000). В архиве «Украинской правды» текст заявления Г.Гонгадзе генеральному прокурору Украины М.Потебенько отсутствует, по неизвестным причинам он был изъят. В Интернете есть несколько вариантов заявления, каждый из которых используется в определенных PR-акциях, в том числе адвокатом А.Федуром, представляющим в суде интересы матери Г.Гонгадзе Александры Теодоровны Корчак-Гонгадзе, но использующим в продолжение пяти лет свой статус представителя потерпевшей исключительно в личных целях, в большинстве своем грязных и наносящих ущерб как интересам матери Г.Гонгадзе, так и препятствующих расследованию дела.

Со слов Лаэура (24.10.2000 г.), он якобы не знал о перепечатке «Украинской правдой» статьи Олега Ельцова «Волков в овечьей шкуре» 10 сентября 2000 г., размещенной 5 сентября на сайте http://flb.ru. В частности, он показал: «Мне непонятны некоторые вещи. Во-первых, я от ментов знакомых узнал, что Алена звонила в ФЛБ и просила там разрешения перепечатать их информацию, порочащую Волкова. Потом я спросил Гонгадзе, зачем это сделали? Гонгадзе сказал, что Алена сказала, что так надо. А до публикации этого материала мой приятель депутат ВР Рябикин говорил, что Гонгадзе просил посодействовать в поиске возможности получить какое-то финансирование именно от Волкова». Лауэр лжет, 10 сентября он был в редакции «Украинской правды и общался с Притулой.

Действительно, «Украинская правда», публикуя статью О.Ельцова, указала, что сайт это делает с разрешения «ФЛБ». Ранее «Украинская правда» несколько раз перепечатывала статьи из других изданий (07.06.00: «Андрей Деркач – «украинский Путин»?», «Независимая газета»; 10.06.00: «Российская пресса рассказывает всю правду о Григорие Суркисе», www.compromat.ru; 20.06.00: «В ожидании КУЧМАгейта», автор Олег Ельцов, www.compromat.ru, http://flb.ru; 22.07.00: «Олигархи лампасники», автор Олег Ельцов, http://flb.ru/info/2611.html). Ни в одном случае сообщения о том, что «Украинская правда» перепечатывает материал с разрешения первоисточника нет, такая ссылка есть только в случае с размещением статьи О.Ельцова «Волков без овечьей шкуры». Любой пользователь, хотя бы раз побывавший Интернете, знает, что получение «разрешения» на перепечатку не практикуется, – в каждом случае достаточно лишь указать адрес, где опубликован оригинал материала. 18 сентября, то есть, в тот день, когда «Украинская правда» сообщала о безуспешных розысках Гонгадзе, на сайте была размещена перепечатка статьи Олега Ельцова «Коллекция марок «Кучмы и Ко», ранее опубликованной на сайте http://flb.ru. В статье приводятся факты коррупционной деятельности Л.Кучмы и его ближайшего окружения, ставшие поводом для инициирования народным депутатом Григорием Омельченко 14 сентября 2000 г. процедуры импичмента Л.Кучмы. Как видно, автором трех статей («В ожидании КУЧМАгейта», «Олигархи лампасники», «Волков без овечьей шкуры») являлся Олег Ельцов, все они имеют одно и то же происхождение и одних и тех же объектов внимания журналиста. Статьи «В ожидании КУЧМАгейта», «Коллекция марок «Кучмы и Ко», «Олигархи лампасники» из архива |Украинской правды» изъяты. Как ни странно, материал «Коллекция марок «Кучмы и Ко» изъят и из архива http://flb.ru, хотя упоминания об этой публикации на сайте имеются.

Мирослава Гонгадзе в первой половине сентября находилась в командировке в Польше по линии американской организации USAID, возвратилась в Киев 15 сентября. В аэропорту ее и других участников поездки в 11:00 встречал автобус, на котором она добралась до Киева. По дороге из Борисполя в Киев Мирослава позвонила Гонгадзе с сотового телефона, чтобы сообщить о своем приезде. Примерно в 12:00 15 сентября они встретились дома. Около двух часов они провели вместе, в 14:00 разошлись каждый по своим делам. Домой в тот день Гонгадзе вернулся, по словам Мирославы, около 24:00, сама Мирослава вернулась около 22:00.

В 14:00 Георгия Гонгадзе на работу подвез Лауэр. Он сообщил Георгию, что, «по данным его источников, Мирослава во время пребывания в Польше изменяла мужу». После возвращения Гонгадзе домой вечером, у него с женой состоялся по этому поводу разговор, который, по словам Мирославы, в скандал не перерос, они посмеялись над незадачливым интриганом, выпили вина и легли спать. По данным журналиста А.Степуры, 15 сентября Гонгадзе встречался с пресс-атташе посольства США Питером Савчиным и одолжил у него $400.

15 сентября в 20:00 журналист Олег Ельцов, автор статьи «Волков без овечьей шкуры», с его слов, получил анонимный телефонный звонок с угрозами в его адрес. Неизвестный абонент заявил Ельцову, что его публикации «мешают весьма влиятельным людям» и потребовал «бросить работать на спецслужбы и прекратить свои фокусы в Интернете». Ельцов сразу же позвонил в милицию. Опытный журналист Ельцов, вероятно, знает, как в таких случаях определить телефон, с которого возможны подобные звонки, – данных о том, что он пытался его установить, нет. К нему прибыли два участковых инспектора Харьковского РУВД в г. Киеве. Выслушав Ельцова, они отказали ему в приеме заявления, поскольку Ельцов настаивал на том, что угрозы в его адрес осуществлялись по указанию руководства МВД и СБУ Юрия Кравченко и Леонида Деркача (почему сразу и в таком симбиозе, – непонятно).

Юрий Кравченко в это время находился на концерте в Киевской филармонии по случаю 5-летнего юбилея телеканала «Студия «1+1″. В середине концерта ему позвонили по мобильному телефону, и он покинул зрительный зал.

16 сентября в 10:00 Ельцову снова позвонил неизвестный и спросил: «Ну что, ментов приводил?» После звонка Ельцов вышел в супермаркет «Билла» за сигаретами и заметил у своего подъезда Жигули-2106″ зеленого цвета с номерами 72846 КЕ. Позже председатель СБУ В.Радченко признал, что номер принадлежит машине наружного наблюдения СБУ, но утверждал, что машина «НН» возле подъезда Ельцова оказалась случайно.

В 16:00 Ельцов с четырехлетней дочерью вышел из дому и в 17:00 сел на поезд «Киев-Кисловодск», чтобы ехать к родителям в г. Армавир Краснодарского края. Билеты им были приобретены заблаговременно, данных о том, что он предупредил Гонгадзе об угрозах в свой адрес и обнаруженной слежке, не имеется. В 21:30 наряд линейного отделения милиции на станции Шевченко обыскал Ельцова в вагоне поезда. Судя по действиям милиционеров, их ориентировали не в отношении конкретного пассажира, а на лицо, приобретшее билет на указанное в нем место. 17 сентября в 10:00 Ельцов был вновь обыскан, в этот раз сотрудниками таможни и СБУ, на станции Иловайская. Позже В.Радченко объяснил обыск Ельцова анонимным звонком, согласно которому якобы предупреждалось, что собственник билета с указанным местом перевозит партию наркотиков. Двойной обыск Ельцова по пути в Армавир, причем сотрудниками трех разных ведомств – милиции, СБУ и таможни, наводит на некоторые размышления. Очевидно, что Ельцов, обнаружив за собой слежку, ни при каких обстоятельствах не рискнул бы взять с собой в дорогу какие-то материалы, которые могли бы его скомпрометировать (даже закамуфлировав их, например, под детское питание). Вероятно, и работники спецслужб (МВД), которые осуществляли контроль за Ельцовым, не рассчитывали на то, что Ельцов сможет допустить подобную глупость. Анонимные звонки в милицию и СБУ были, и они были организованы теми, кто «писал» Кучму и кто осуществлял операцию похищения и убийства Гонгадзе «под пленки» в целях создания соответствующего информационного шума. Под информационным шумом в практике проведения активных операций понимается вброс данных, которые по некоторым внешним параметрам могут относиться к исследуемой проблеме, но в действительности отношения к ним не имеют, и вбрасываются с целью затруднить исследование проблемы или воспрепятствовать ее решению. В этом же плане можно сделать заключение и о выдвинутых версиях, согласно которым Ельцов якобы при определенных обстоятельствах мог оказаться «на месте Гонгадзе». Оснований под собой они не имеют. Все его последующие «запугивания» или были инсценированы, или осуществлялись силами негласного состава ГУР МО (если милиции, – то при участии В.Крыжанивского). С определенной степенью убежденности нельзя сказать, использовался ли Ельцов в деле Гонгадзе и в истории с «письмами Гончарова» втемную или был активным участником обеих операций, но в том, что его действиями в обоих случаях руководили со стороны, можно не сомневаться.

13.

Утром 16 сентября 2000 г. Мирослава Гонгадзе отправилась в Пущу Водицу на конференцию молодых политиков, где она должна была читать лекцию в 10:00. С собой она взяла няню и дочерей. Няня пришла домой к Гонгадзе в 09:00, около 09:30 они выехали. До Пущи Водицы добирались на попутной машине. «Мы договорились, – показала она, – что, если в Пуще будут хорошие условия, то я останусь там. Гия сказал, что приедет к нам. Но я знаю, что если он обещает приехать в 22:00, то обязательно опоздает, и я буду нервничать. Но бытовые условия там меня не устроили, и, решив, что не буду оставаться, я позвонила ему в офис, где-то в час дня, сообщить, что не буду оставаться. Чуть позже я обнаружила, что забыла дома ключи от городской квартиры и в районе 4-х часов еще раз перезвонила мужу в офис, чтобы четко договориться на вечер. Вечером мы вызвали такси, чтобы доехать из Пущи до Киева, и долго его ждали. Примерно в 23:00 мы выехали и где-то в 23:45 подъехали к нашему дому. Окна не светились, и я поняла, что Гии еще нет дома. Затем мы с Геной поднялись наверх, и, позвонив в дверь, убедились, что в квартире точно никого нет. С радиотелефона Гены (так как мой «сел»), я позвонила в офис «Украинской правды». Трубку поднял Коба и сказал дословно: «Он уже вышел, и говорил, если ты будешь звонить, то предупредить, что он уже пошел домой». Я не поняла тогда, откуда он вообще вышел, я подумала, что из офиса вышел. Я попросила Кобу придти и принести ключи, объяснив ему, что нахожусь с детьми на улице, спустилась вниз и стала ждать Гию, думая, что он вот-вот появится. В 00:10-00:15 пришел Коба, как мне показалось, пешком. От офиса до нашей квартиры минут 15, если идти пешком. Он был перепуганный и удивился, что Гии еще нет. Когда мы поднялись в квартиру, это где-то в 00:13-00:15, сразу же зазвонил телефон, я взяла трубку и услышала Алену Притулу, которая попросила позвать Кобу. Я была просто в шоке, потому что ранее она никогда сюда не звонила, и почему она спрашивала Кобу. Я позвала его и спросила, почему она сюда звонит, и что вообще творится? Он меня начал успокаивать, говоря, что все нормально. Я же не знала, что Гия шел от Алены. Мне было удивительно, что оба нервничают. Когда Коба, поговорив с ней, положил трубку, он тоже нервничал. Он начал искать телефоны Лауэра, Малазонии и других. Потом начались сплошные звонки: она звонит, он звонит. Продолжалось это до трех часов ночи. Затем всю ночь Коба был у меня, из квартиры не выходил. В 7 часов утра позвонил телефон. + Сколько было всего ключей от офиса я не помню, но, кажется, у них там была какая-то проблема с ключами, что-то они там их передавали, оставляли… Всего, кажется, было два, но я не уверена. + Лауэра один раз видела, когда гуляла с мужем, второй раз в милиции. Раньше я задавала себе вопрос, как Притула попала в ночь в офис, помню, был такой разговор. Алена боялась поздно вечером ходить домой и как она тогда не побоялась идти в офис, мне не понятно. Кто кому ночью звонил, не помню, не фиксировала, звонков было очень много. Компьютера у меня дома нет, у Алены не знаю, сотовый телефон у Алены, кажется, был. Коба говорил, что сотовый Гии лежал в офисе, но в тот день Гия его взял с собой. В милиции, я его номер называла. До исчезновения мужа я не чувствовала ничего неладного. Я бы не оставляла на него детей, когда ездила в Варшаву. Были мелкие проблемы, но когда слежка закончилась, все затихло».

16 сентября Г.Гонгадзе и А.Притула в 11:00 встретились с журналистом В.Пиховшеком в его офисе. После получасового разговора они пришли в офис «Украинской правды» и сделали дневной выпуск новостей. В 15:39 на сайте был размещен материал без подписи со ссылкой на российское издание «Время новостей» о том, что за инициативой народного депутата Украины Григория Омельченко по поводу импичмента Президента Украины (14 сентября предложенный Г.Омельченко законопроект вместо необходимых 226 набрал 140 голосов) скрываются народные депутаты Украины Григорий Суркис, Виктор Медведчук и секретарь СНБО Евгений Марчук. Видимо, у киевского корреспондента «Время новостей» были какие-то данные о готовящемся заговоре группы Суркис-Медведчук, но привязать его к действиям Григория Омельченко можно было лишь ссылкой на Евгения Марчука: известно, что преподаватель Высшей школы милиции Г.Омельченко в 1992-1994 гг. занимал должность начальника отдела в Управлении военной контрразведки СБУ, куда его по просьбе Президента Украины Л.Кравчука действительно назначил председатель СБУ Е.Марчук.

В 17:22 Гонгадзе разместил статью о главе Администрации Президента Украины Владимире Литвине и 1-м заместителе председателя Верховной Рады Украины Викторе Медведчуке. 12 сентября Гонгадзе опубликовал статью, в которой сделал предположение о том, что «серый кардинал» Владимир Литвин пытается расколоть группу Суркис-Медведчук, чтобы улучшить свои шансы на следующих президентских выборах, и, в целях нейтрализации своего основного соперника Юрия Кравченко, сделает попытку продвинуть его на заранее провальную должность премьер-министра.

В 18:23 Гонгадзе разместил свою последнюю статью «Ющенко бьют олигархи, во всяком случае, так считают читатели «Украинской правды».

Приблизительно в 19:30 Гонгадзе и Притула вышли из офиса «Украинской правды» и зашли в индийской ресторан «Тадж» на ул. Летней, 25. Лауэр в июле 2001 года на форуме сайта «Украина криминальная» (www.cripo.com.ua) при обсуждении версий в отношении дела Гонгадзе распространил сообщение о том, что ресторан «Тадж» находится в общежитии СБУ, и сделал предположение о «неслучайном» посещении Гонгадзе именно этого ресторана накануне своей смерти, тем более, что, со слов Лауэра, Гонгадзе посещал этот ресторан регулярно и имел в нем кредит. За консультацией по этому поводу мы обратились к бывшему сотруднику СБУ. Он нам объяснил, что действительно рядом с домом, в котором находится ресторан «Тадж» по адресу Лабораторный переулок, 6 в 70-80-х годах 20-го столетия находилось общежитие Высших курсов КГБ СССР в г. Киеве. Какая-либо привязка к убийству Гонгадзе бывшего общежития высших курсов КГБ СССР и ресторана «Тадж», расположенного в соседнем доме, не может выходить за рамки блефа, – заключил эксперт из числа бывших сотрудников СБУ.

Приблизительно в 21:15 Гонгадзе с Притулой вошли в ее квартиру по адресу бульвар Леси Украины, 7, кв. 39. В 21:20 Георгию позвонил Лаврентий Малазония и пригласил его на день рождения общей знакомой журналистки телеканала «Студия «1+1″ Людмилы Добровольской.

Со слов Лауэра, в 21:00 он сидел дома (бульвар Леси Украинки, 36-Б, кв. 216, тел. 295-80-74) и смотрел информационный выпуск телекомпании «НТВ». Узнав из выпуска о гибели в авиакатастрофе 1-го заместителя министра внутренних дел генерала Леонида Бородича, Лауэр позвонил Гонгадзе в офис «Украинской правды» по номеру 220-92-21. Трубку взял находившийся там Коба Алания и сообщил, что Гонгадзе с Притулой ушли к Притуле домой. Лауэр позвонил Притуле, но трубку никто не взял. После этого он сел в машину, проехал по бульвару Леси Украинки и, убедившись, что окна квартиры Притулы светятся, поехал в кафе «У Эрика». По дороге он с сотового телефона 465-44-56 позвонил своему приятелю Алексею Скарину (д. 235-12-72, с. 494-66-26, номера есть в электронной памяти сотового телефона Лауэра, но распечаткой звонок не подтвердился), проживавшему в том же доме, где расположен бар, и предложил составить ему компанию. Тот согласился, они встретились в баре около 21:40-21:45.

Во время допросов в милиции Лауэр, обосновывая свое алиби, точную привязку к времени мотивировал тем, что по требованию жильцов дома, где расположен бар, обслуживание посетителей бара на втором этаже прекращается в 23:00, в связи с чем работа кухни на втором этаже бара прекращается в 22:00. Подтверждая алиби Лауэра, бармен, кроме того, показал, что видел Гонгадзе в баре 17 сентября, то есть на следующий день после его исчезновения (позже было установлено, что бармен ошибся).

Затем Лауэр заехал в клуб «Сайгон» и, проехав бульваром Леси Украинки мимо квартиры Притулы, к 01:00 (с его слов) был дома. Увидев в передаче телеканала «Эра» репортаж Юрия Нестеренко о киевском криминальном авторитете Владимире Киселе и его связях с министром внутренних дел Украины Юрием Кравченко (журналист А.Степура утверждает, что передача была в 24:00), Лауэр вновь пытался связаться с Гонгадзе, чтобы обсудить этот репортаж, но «контактный» телефон, с его слов, был постоянно занят. Об исчезновении друга он узнал на следующий день (www.proua.com, 10.10.2000 г.).

Тогда же (то есть еще до обнаружения трупа в Таращанском лесу) Лауэр по поводу исчезновения Гонгадзе высказал следующие свои соображения: «Он в 22:30 вышел от Алены, а таксист показал ментам, что привез Мирославу с детьми к квартире к 23:55. Столько времени не нужно, чтобы добраться от Алены до дома. Алена в 11:30 в воскресенье уже опубликовала на сайте информацию о пропаже Гонгадзе. А если бы он через два часа вернулся пьяный с расстегнутой ширинкой? Ему нужна такая реклама? Я думаю, что она с самого начала знала, что Гонгадзе не вернется. Кроме того, откуда у Алены взялась та фотография Гонгадзе, которую она повесила, – в вышитой рубахе. Откуда она ее взяла, раньше ее не было, а в офисе у нее нет сканера? + У меня много приятелей среди бывших спецназовцев, в том числе, есть несколько друзей среди руководителей среднего звена киевского ОМОН. Одному такому человеку, Диме Селякову, я и позвонил в воскресенье на следующий день после исчезновения Гонгадзе. Он прислал мне троих бойцов, они осмотрели дом, кусты, подвал, чердак, ничего не нашли, выматерились и уехали. + Что касается исчезновения, я готов склониться к политической версии в том смысле, что его могли украсть для того, чтобы ударить по Волкову. Гонгадзе сам по себе никто, но на виду, это кирпичик, который, если вынуть и грамотно этим воспользоваться, скажется на прочности всего здания. Кроме того, этот скандал может внести раздрай между СБУ и МВД. Деркач ведь имеет благодаря сыну выходы на бизнес, а Кравченко – влияние на семью президента. Очень многие рады их поссорить, в частности, из-за скандала с Гонгадзе позиции МВД могли пошатнуться. Кроме того, Волков в контрах с МВД, а Суркис – наоборот».

Согласно официальной версии, Гонгадзе при выходе его из дома по месту жительства Притулы встретил начальник Департамента криминального поиска МВД Украины генерал Пукач, усадил его в машину, где находились подчиненные Пукача Костенко , Протасов и Попович, вывез за пределы Киева, возле села Сухолесье, в котором проживают родственники Пукача, удавил его брючным ремнем и закопал с помощью лопаты, которую он взял в сарае своих родственников.

Журналист Владимир Королюк в материале «Дело Георгия Гонгадзе»: жертвы и исполнители», опубликованном в газете «Голос Украины», 48, 16-19 марта 2005 г., писал: «Интересно, что в конце октября (имеется в виду 2000 г., – прим. наше) ко мне подошел народный депутат первого созыва и заявил: «Никогда не садись в джип, в котором сидят высокие милицейские чины». С его слов, в ту минуту, когда Георгий ловил такси, подъехал автомобиль и знакомый предложил ему свои услуги. Бывший народный обранец добавил: тело Георгия нашли два яхтсмена вблизи Украинки, и скоро об этом сообщат. На мой вопрос, откуда у него такая информация, ответил, что рассказал знакомый полковник из СБУ. Я только пожал плечами и начал ждать появления сообщенной информации».

Думается, что Владимир Король уже сообщил в Генеральную прокуратуру Украины фамилию осведомленного бывшего народного обранца, и тот уже допрошен. Журналист В.Королюк оснований считать, что фамилия «бывшего народного обранца» подпадает под действие ч. 2 п. 11 ст. 26 Закона Украины «О печатных средствах массовой информации (прессу) в Украине» в отношении источников информации, не имеет.

В.Королюк сообщил также следующее: «Издатель и главный редактор газеты «2000″ Сергей Кичигин в одной из публикаций, посвященной «делу Гонгадзе» и «кассетному скандалу», в марте 2001 года перерассказал интересный разговор, который имел в начале сентября того года (имеется в виду 2000 года, – прим. наше). Представитель одной из коммерческих структур сказал ему, что в ноябре у Леонида Кучмы возникнут существенные проблемы. Со слов собеседника журналиста, об этом ему сказал один бывший сотрудник то ли Комитета государственной безопасности, то ли Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооруженных Сил СССР из Москвы».

Сергей Кичигин (журналистский псевдоним Тойма) служил в ГРУ Генштаба Министерства обороны СССР, уволен в звании подполковника до 1991 года, располагает связями среди сотрудников ГУР Министерства обороны Украины. Видимо, сообщение о том, что в ноябре 2000 года у Кучмы «возникнут существенные проблемы», Кичигин услышал не от «представителя коммерческих структур», а от своего бывшего коллеги, во всяком случае, согласно закону он должен быть допрошен по этому факту следователями Генпрокуратуры.

Обращает на себя внимание тот факт, что в период 21:05-22:30, когда Гонгадзе был (или предположительно должен был быть) на квартире Притулы, с ним связывались (пытались связаться) лишь два его знакомых: Евгений Лауэр и Лаврентий Малазония. В течение дня они Гонгадзе не звонили, хотя он почти все время находился в офисе «Украинской правды». 18 сентября 2000 г., в понедельник, сотрудница грузинского Посольства по телефону имела разговор с анонимом, который утверждал, что Гонгадзе пока жив и находится в Московском районе г. Киева. Со слов звонившего, к исчезновению Гонгадзе причастны министр внутренних дел Юрий Кравченко, народный депутат Украины Александр Волков и криминальный «авторитет» Кисель. Посольство Грузии на основании этого разговора сделало официальное сообщение для прессы, мотивируя его желанием помочь следствию. Реакция Кучмы была адекватной: любой посол в любой стране был бы отозван, если бы рискнул бездоказательно, на основе лишь анонимного звонка, обнародовать информацию о причастности к преступлению государственных деятелей по стране пребывания посла. Со слов сотрудницы посольства, звонивший разговаривал с грузинским акцентом. Номер телефона, по которому был сделан звонок, известен лишь ограниченному кругу лиц. Нет сомнений в том, что это был провокационный звонок, вписывающийся в модель проведения операции, связанной с вбрасыванием информационного шума. Если бы неизвестный хотел помочь следствию, он бы позвонил в милицию. Но звонивший знал, что в милиции имеется автоматический определитель номеров телефонов, и все сообщения записываются на магнитофон, поэтому даже при всей массе звонков его могли идентифицировать. Предполагаем, что в грузинское посольство звонил Лаврентий Малазония. Утром 17 сентября он был уже у Притулы и стал организатором журналистской акции по розыску Гонгадзе. Мирославе Гонгадзе руководство партии «Реформы и порядок», в которой она работала пресс-секретарем, оказало содействие в организации пресс-конференции по поводу исчезновения Гонгадзе в информационном агентстве УНИАН. Когда собрались журналисты, Мирослава позвонила Лаврентию Малазония. Согласно показаниям Мирославы (19.02.01), Малазония сказал, чтобы она пришла в агентство «Интерфакс-Украина» (руководитель агентства – пресс-секретарь Л.Кучмы Александр Мартыненко, – прим. наше). В агентстве Мирославу завели в отдельный кабинет, и директор агентства сказал ей раздраженным тоном: «Что ты самодеятельностью занимаешься?» Приблизительно то же самое, со слов Мирославы, повторил ей и Малазония, «недовольный тем, что собрались журналисты, а он рассчитывал на конфиденциальную встречу».

14.

Решение Президента Украины Леонида Кучмы назначить Игоря Смешко на должность «атташе по вопросам обороны, военным атташе при Посольстве Украины в Швейцарской Конфедерации – постоянным представителем Министерства обороны Украины при международных организациях в Женеве» (такое официальное название должности И.Смешко, – прим. наше) было очень верным и необходимым. Оно диктовалось интересами обороны и национальной безопасности Украины, укрепления ее международных военных связей: Швейцария является членом НАТО, обладает одной из самых мощных и современных армий в Европе, в столице Швейцарии Берне дислоцируется штаб НАТО, в Женеве расположен целый ряд международных военных организаций, территория Швейцарии исторически используется разведками различных государств для связи со своими агентами и для проведения других разведывательно-подрывных операций.

Или мы ошибаемся?

Или Швейцария является нейтральным государством, ее вооруженные силы насчитывают 46,2 тыс. военнослужащих и состоят из нескольких сухопутных и одного зенитного полка, в Женеве никаких международных организаций, занимающихся вопросами военного сотрудничества, нет, штаб НАТО находится в Брюсселе, после возвращения Алена Даллеса в США, а Штирлица (Исаева) в СССР никакой активности со стороны агентов спецслужб различных государств на территории Швейцарии (за исключением Джеймса Бонда) не замечалось?

Швейцария, говорят, отличается от других европейских стран тем, является международной столицей банковской системы, поэтому присутствие Игоря Смешко в Швейцарии, в том числе и в качестве Джеймса Бонда, диктовалось исключительно интересами определенной олигархической группы в Украине, членство в которой Игоря Смешко, согласно мнению влиятельного еженедельника «Зеркало недели», сомнений не вызывает.

Не будем спорить.

Игорь Смешко должен был выехать в Швейцарию в начале сентября. Он задержался в Украине более чем на месяц. Его присутствие в Киеве необходимо было для завершения первой части операции «под пленки Мельниченко», участия в качестве «главного аналитика» в сформированной В.Медведчуком «антикризисной коалиции», создания условий для легализации записей Н.Мельниченко и его вывода за рубеж с двумя вариантами: 1) Н.Мельниченко находится в Чехии, после обнародования записей Л.Кучма уходит в отставку и Мельниченко возвращается в Украину; 2) Л.Кучма отказывается от добровольной отставки, и Н.Мельниченко создаются условия для получения временного политического убежища в США.

Операция была затруднена тем, что 26 сентября Лауэра задерживает милиция и в течение 10 дней добивается от него показаний по делу об исчезновении Гонгадзе. Видимо, «главному аналитику антикризисной коалиции» пришлось приложить немалые усилия для того, чтобы освободить из СИЗО своего агента.

В.Цвиль в книге А.Степуры «В центре кассетного скандала» утверждает, что Александр Мороз, по его данным, в мае 2000 года был уже знаком с Н.Мельниченко. Отмечено, что А.Мороз в 2000 году проявлял исключительную осведомленность о том, какие вопросы обсуждались в кабинете Л.Кучмы. В мае и до сентября 2000 года А.Мороз знакомился с записями Н.Мельниченко, но информацию о том, что происходило в кабинете Президента Украины передавал ему не Мельниченко. А.Мороз утверждает, что решение передать ему записи разговоров Кучмы Мельниченко принял в октябре 2000 года после того, как исчез Г.Гонгадзе. Со слов А.Мороза, Н.Мельниченко позвонил ему по телефону правительственной связи, договорился о встрече, на которой рассказал ему о наличии у него записей разговоров Кучмы с его окружением, в том числе свидетельствующих о причастности Кучмы к исчезновению Гонгадзе, потом было еще несколько звонков и встреч, после чего Мельниченко передал А.Морозу фрагменты записей Кучмы, в которых содержались угрозы в адрес Гонгадзе.

А.Мороз говорит неправду.

Во-первых, монтирование фрагментов записей, в которых высказывались угрозы в адрес Гонгадзе и рекомендации Владимира Литвина «отдать его без штанов чеченцам», датируются 18 сентября 2000 года, то есть сразу же после исчезновения Гонгадзе.

Во-вторых, Н.Мельниченко не мог ни при каких обстоятельствах связываться с А.Морозом по столь острому вопросу, используя телефон правительственной связи. В соответствии с Законом Украины «Об оперативно-розыскной деятельности» съём информации с телефонных каналов возможен лишь при наличии санкции суда (ранее прокуратуры). Технически организовать прослушивание необходимого канала телефонной связи возможно лишь при наличии у субъекта ОРД оперативных возможностей на определенной городской АТС. Прослушивание телефонов правительственной связи возможно без санкции суда (прокуратуры) и без наличия автономных оперативных позиций: правительственные АТС (АТС-100 и АТС-10) полностью находятся в обслуживании Департамента специальных телекоммуникационных систем и защиты информации СБУ. Для организации прослушивания телефонов АТС-100 и АТС-10 достаточно указания председателя СБУ начальнику ДСТСЗИ СБУ. Как мы помним, в 2000 году председателем СБУ был Леонид Деркач, ДСТСЗИ возглавлял его ближайший друг (после Л.Кучмы) Григорий Лазарев. С большой долей уверенности утверждаем, что после исчезновения Гонгадзе все телефоны правительственной связи, абоненты которых могли подозреваться в причастности к делу Гонгадзе, в первую очередь телефоны А.Мороза (АТС-100 – 600, АТС-10 – 5601), о связи которого с Гонгадзе Л.Кучме и Л.Деркачу было известно, находились на контроле. Н.Мельниченко был сотрудником ДСТСЗИ, прикомандированным в Управление государственной охраны, особенности функционирования правительственных АТС он знал, связываться с кем-либо по телефонах этих АТС с предложением передать материалы, уличающие Президента Украины, главу Администрации Президента Украины, министра внутренних дел и председателя СБУ в совершении тяжкого преступления, не стал бы. Если бы Мельниченко позвонил Морозу хотя бы один раз, этот звонок был бы в СБУ зафиксирован.

Александр Мороз до 1999 года пытался вести самостоятельную политическую линию. Будучи «оппозиционером», в отдельных случаях он шел на соглашения с властями в обмен на соответствующие услуги. К примеру, только благодаря вмешательству свыше был приглушен скандал с «благотворительными фондами», в которые по «просьбе» А.Мороза перекачивались значительные средства со счетов коммерческих банков (письма Мороза с «просьбами», а такие «просьбы» со стороны председателя Верховной Рады Украины руководством коммерческим банков воспринимались как приказ, сохранились в банковских архивах), Виктору Боженару Одесским областным судом был вынесен оправдательный приговор (соучастники В.Перминов и Н.Медведев были осуждены) и пр. В 1998 году А.Мороз во время проведения избирательной кампании на выборах в Верховную Раду Украины был пойман на использовании средств, полученных от Павла Лазаренко, и с тех пор уже полностью находился на крючке. В интервью газете «Известия 13 февраля 2001 г. Александр Мороз сказал: «Еще до криворожской «акции спецслужб» меня пытались обвинить в связях с Лазаренко, но так ничего и не нашли». Нашли, всё нашли, и нашли ещё до публичных признаний Павла Лазаренко в том, что он финансировал избирательную кампанию А.Мороза. На президентских выборах 1999 года он уже играл роль «технического кандидата». Штабом Кучмы с помощью Мороза была проведена операция по нейтрализации «каневской четверки». Сначала из избирательного штаба Л.Кучмы в штаб Мороза для усиления его позиций в «четверке» была организована «утечка» данных «социологических исследований», свидетельствовавших о том, что Мороз якобы «опережает даже Кучму» (см. Дмитрий Швец – «Черный PR Украины», «Киевские Ведомости», 05.02.2001). Когда же на заседании четверки было принято решение о едином кандидате Евгение Марчуке, и Мороз согласился с этим решением, через несколько часов, не поставив в известность членов четверки, он заявил, что продолжает избирательную кампанию самостоятельно. Удивительная непотопляемость А.Мороза, установившийся в массовом сознании его образ, как «белого, пушистого и непорочного» политика, объясняется просто: на имидж А.Мороза работают не только находящиеся в его распоряжении средства, но в необходимых случаях по «темниках» подключались провластные СМИ. В качестве «оппозиционера» для прежней власти хитрый и изворотливый, как такса, А.Мороз был более ценен, чем тупой, как дворовый пёс Барбос, лидер коммунистов П.Симоненко, а вдвоем они содействовали существованию режима Кучмы до 2005 года. Этому свидетельствует, например, та же ситуация с «каневской четверкой»: А.Мороз сыграл в ней роль Иудушки, но все СМИ, несмотря на всю очевидность ситуации, то есть при наличии зафиксированной информации о решении четверки и предательстве Мороза, дружно обвинили (а некоторые до сих пор обвиняют) в предательстве Евгения Марчука. До сих пор нет ясности в истории, связанной с покушением на Наталью Витренко во время президентских выборов 1999 года: то ли это была акция избирательного штаба Л.Кучмы (А.Мороз утверждал, что на записях Н.Мельниченко имеются по этому поводу доказательства, но общественность до сих пор их не получила), то ли доверенное лицо А.Мороза С.Иванченко самостоятельно совершил покушение с целью нейтрализации наиболее опасного разоблачителя шефа СПУ, то ли это была инсценировка самой Н.Витренко по сценарию, ранее опробованному А.Лукашенко на президентских выборах в Беларуси, то ли С.Иванченко действовал по указанию своего шефа А.Мороза (Мороз – поэт-лирик, с точки зрения психологического анализа, подобные творческие натуры подвержены подсознательным влечениям, которые в определенный момент могут спровоцировать их на рационально немотивированные действия, – говорят специалисты в области психоанализа).

Начало:

Убийство Гонгадзе – версия ГПУ. Часть — 1

Убийство Гонгадзе – версия ГПУ. Часть — 2

Убийство Гонгадзе – версия ГПУ. Часть — 3

Продолжение:

Убийство Гонгадзе – версия ГПУ. Часть — 5

Share




    © 2005-2014 «Гражданская прокуратура Украины»

    Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.prokuratura.org.ua и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла. Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки.

    Контакт: [email protected]

    >